Инцидент на Кашагане

Во второй половине дня 29 апреля 2020 года научно-исследовательское судно «Каныш Сатпаев», которое изучало рельеф подводной части Каспийского моря возле Д-острова на месторождении Кашаган, буквально наткнулось на подводный объект неизвестного происхождения. К счастью, само судно не было повреждено, однако любое подобное происшествие на корабле всегда расценивается как чрезвычайное.

ДИАГНОЗ: ПРИПЛЫЛИ

К слову, что это было за подводное препятствие, выяснить так и не удалось. Но, повторяем, для судна этот инцидент не имел последствий, чего не скажешь о его капитане Сергее Ганькине, который в тот момент работал с документами в своей каюте. Очередную свою вахту нёс старший помощник капитана, который не имел практики плавания на Кашагане и опыта сюрвейерских работ (согласно своим служебным обязанностям капитан вахту нести не должен).

Естественно, выяснить, почему произошёл «наплыв» судна на что-то неизвестное, предстояло расследованию, в котором Сергей Александрович принять участие уже не смог, так как 29 апреля, после столкновения у него внезапно появились сильные головные боли и его состояние резко ухудшилось. 30 апреля капитан был госпитализирован в больницу города Атырау с диагнозом «геморрагический инсульт», а в его медицинской карте было указано: «состояние тяжёлое».

Провести в госпитале ему предстояло два месяца (и не только в Атырау), в течение которых фирма-судовладелец, назовём её пока просто Компания, как-то, мягко говоря, не особенно интересовалась его состоянием, а точнее, не проявляла интереса совсем. А по выходу из больницы Сергей Ганькин и вовсе был поражён тем, что Компания не признала этот несчастный случай как произошедший на производстве (на рабочем месте) со всеми вытекающими из этого последствиями, в том числе и финансовыми.

То есть должной в таких случаях компенсации капитану не полагалось, а произошедшее характеризовалось как инцидент, не связанный с трудовой деятельностью. Причём, что очень важно, такой вывод подтвердил 8 января 2021 года в своём официальном заключении государственный инспектор труда Мангистауской области Н. Баулыбаев, занимавшийся расследованием этого проишествия. При этом инспектор констатировал, что нарушений трудового законодательства со стороны работодателя не установлено. Запомним это.

Сложно сказать, чем руководствовался г-н Баулыбаев и какие основания он принял во внимание, вынося такое заключение, однако даже в Акте расследования несчастного случая указано, что этот инцидент, а именно резкое ухудшение здоровья капитана Ганькина, произошёл именно на рабочем месте. Но не менее значимыми в данном контексте являются обстоятельства, из-за которых произошло резкое ухудшение здоровья капитана и которые государственный инспектор Н. Баулыбаев просто почему-то проигнорировал.

СТО ДВАДЦАТЬ ДНЕЙ КАЧАТЬСЯ НА ВОЛНАХ

Дело в том, что Сергей Ганькин, которому на тот момент был 61 год, заступил на вахту 12 января 2020 года, а происшествие с ним, как мы уже сказали, имело место 30 апреля того же года. Всё это время Сергей Александрович свою вахту нёс на судне, хотя продолжаться она должна была, согласно «Акту передачи дел при смене капитанов», один месяц и закончиться 12 февраля того же года. То есть капитан вместо одного месяца не сходил не берег почти четыре месяца.

Судно «Каныш Сатпаев» работало в круглосуточном режиме вблизи островов нефтедобычи, мелководья и фарватеров на месторождении Кашаган, и там 29 апреля у Сергея Ганькина, ненормированно работавшего по 16-20 часов в сутки, на фоне переутомления и случившейся стрессовой ситуации, резко ухудшилось состояние здоровья. Добавим к этому, что капитан Ганькин в течение восьми лет не выходил в ежегодный трудовой отпуск.

И, тем не менее, работодатель и госинспекция не захотели признать, что произошедшее с Ганькиным именно производственная травма. Хотя есть очень любопытное обстоятельство: госинспектор Н. Баулыбаев сослался в своём заключении на «Схему определения степени тяжести производственных травм», которая, по его, инспектора, мнению, свидетельствует, что повреждение, случившееся с Сергеем Ганькиным, «не относится к числу тяжёлых».

Хотя, как мы подчеркнули выше, в медицинской карте С. Ганькина при его поступлении в госпиталь сказано, что называется, чёрным по белому: «состояние тяжёлое». И к слову, Сергей Александрович до сих пор не преодолел последствий инсульта, которые сказываются, в частности, на его речи.

Но ссылка на «схему» интересна ещё вот чем: данное заключение госинспектора определяет только степень тяжести производственной травмы, а значит, признаёт её именно как производственную, но только якобы не тяжёлую.

Всё это заставило Сергея Александровича обжаловать действия должностных лиц ГУ «Управление госинспекции труда Мангистауской области» в районном суде города Актау. Истец просил суд признать эти действия незаконными, а проведённую ими проверку и выдачу ответа об отсутствии нарушений трудового законодательства в отношении работодателя (Компанией) поверхностной и результаты расследования отменить.

Но 4 мая этого года суд №2 города Актау Мангистауской области капитану Ганькину отказал.

«ЕСТЬ СУД, КОТОРЫЙ ВЫШЕ…»

Тут нелишне отметить, что происшествие с судном «Каныш Сатпаев» – первое и единственное в капитанской практике Сергей Ганькина. С февраля 1978 года, когда он начал работать судоводителем на спасательных кораблях и морских буксирах, с «плавучими средствами», которыми он командовал, ничего подобного не случалось.

Кстати, любопытный факт биографии Сергея Александровича: родился он в Охотском море на плавучем заводе, который назывался… «Алма-Ата». Окончил Владивостокское мореходное училище Министерства морского флота, получив судоводительскую специальность и проработав больше 30 лет в экспедиционном отряде Дальневосточного морского пароходства. Работал ответственно, без аварийных происшествий и нарушений трудовой дисциплины.

В Компанию был приглашён в 2011 году на должность капитана морских буксиров, затем и научно-исследовательских судов. О том, как капитан Ганькин работал на новом месте, говорит хотя бы то, что руководство Компании дважды повышало ему зарплату, а от клиентов судна поступали только благодарности.

Но вот случилось то, что сложно было предвидеть. Вот и решение суда в Актау предвидеть было не менее сложно, и явилось оно для Сергея Александровича полной неожиданностью. Однако капитан не привык отступать ни в море, ни на суше. Тем более дело касалось его законных прав. И в июле он подал апелляцию в судебную коллегию Мангистауского областного суда, которую просил отменить решение суда №2 города Актау и заключение госинспектора труда об отсутствии нарушений трудового законодательства со стороны Компании.

На этот раз судебное разбирательство было куда более тщательным и профессиональным, что, конечно же, отразилось и на рассмотрении всех обстоятельств этого дела. К тому же Ганькин теперь уже прибег к услугам профессиональных и дотошных адвокатов.

– В ходе судебного разбирательства выяснилось, например, что ответчик, т. е. управление госинспекции труда Мангистанской области, проигнорировал определение районного суда Актау о проведении повторной проверки Компания с привлечением специалистов санитарно-эпидемиологического контроля по вопросу условий труда, являлись ли они тяжёлыми либо вредными, с учётом реального режима работы капитана, – рассказал нам Айдар Егеубаев, юридический советник Ганькина из известной алматинской юридической фирмы.

Этот и другие факты и обстоятельства дела побудили судебную коллегию отменить решение суда №2 города Актау и признать незаконными действия управления госинспекции труда в проведении поверхностной и необъективной проверки компании, а апелляционную жалобу Сергея Ганькина удовлетворить.

Всё, победа? Нет, далеко не всё. Как поведёт себя работодатель, можно лишь предполагать, но наверняка он не согласится с таким решением. Но тут есть и другие нюансы, которые касаются не только взаимоотношений работника-капитана и нанявшей его компании. Потому как компания эта работает на крупнейшем казахстанском месторождении Кашаган. И работает, как известно, далеко не одна, а, извините, совместно с другими фирмами (в том числе иностранными членами Консорциума), между которыми существуют определённые соглашения, в частности в сфере соблюдения прав сотрудников и охраны их здоровья.

Но это уже несколько иной сюжет, который, вполне возможно, найдёт своё место на наших страницах при определённом развитии событий.

Источник: https://kzaif.kz/